Об американской мечте и ее видоизменениях.


Самые простые американцы, их жизнь и поиск ответов на самые разные вопросы в цикле статей на RedPen.

 

«Я был сделан где-то между Капитолием и Белым Домом», — шутил молодой человек с уставшим лицом. 30-летний Эвин – уроженец города Вашингтон, округ Колумбия.

mnogoetazhnaya-amerika-peloton

«В том бурлящем «котле» я родился и тут же потерялся, — говорил он грустно. — В больших городах – таких  как Нью-Йорк, Чикаго и Вашингтон, личность всегда теряется. Ты настраиваешься под ритм города, постоянно спешишь, забывая, куда тебе в конечном итоге надо. Даже в парках ты не гуляешь, а инстинктивно торопишься куда-то».

И действительно, день и ночь столица Америки бурлила и кипела политической жизнью, вереща клаксонами, ослепляя мигалками, казалось, город вот-вот выльется через край и окончательно затопит индивидуальность горожан.

В этой суете Эвин долго искал себя. Он учился, работал, влюблялся, но так, видимо, и не нашел, потому что однажды второпях собрал свой рюкзак, сел в ночной «Грейхаунд» и уехал жить в маленький зелеёный городок Уинстон в Северной Каролине.

mnogoetazhnaya-amerika-peloton

Тут-то я и встретил его, сидящего у дороги, медленно попивающего сок из пластиковой бутылки и наблюдающего за ежегодно проходящем в Уинстоне чемпионатом США по шоссейным велогонкам.

Компанию Эвину составлял его друг Дэн. Дэн был южанин, жизнерадостный, неторопливый тип с неким ленивым блеском в глазах.

«Я счастлив, — утверждал Дэн, потягивая какую-то жидкость из баночки. — А счастье для меня — это чувствовать себя комфортно. Понимаете?»

mnogoetazhnaya-amerika-peloton

Я не понимал и, думаю, не в языке было дело. Дэн любил мечтать, он хотел бы родиться в Америке 50-х годов. Вероятно, там ему было бы более комфортно.

«Жить в 60-е было бы здорово! — соглашался с ним Эвин. — Время тогда было другое, революционное. Люди 60-х были способны привнести какие-то перемены в страну, если им что-то не нравилось. Вспомните движение за гражданские права, протесты против Вьетнамской войны и прочие митинги. Они были бунтарями в душе, нонконформистами. Это было время переосмысления. Тогда Америка инвестировала больше средств в науку, в космос, в здравоохранение. Сегодня, к сожалению, всё коммерциализировано».

«Вот если бы я был президентом США, — Дэн вдруг оживился, отложил баночку, даже с шезлонга приподнялся, — я бы существенно сократил расходы, затрачиваемые на внешнюю политику, и направил бы все ресурсы на решение внутренних проблем».

Дальше молодые люди говорили о свободе, о выборе, об американской мечте.

— Как? Она еще жива? – удивился я, услышав про пресловутую американскую мечту.

— Вроде бы да, — почти хором ответили ребята. – Только сильно видоизменилась.

— Это как? – спросил я у Эвина.

Эвин закурил. В его глазах металась мысль.

— Раньше, если у простого американца появлялась какая-нибудь идея, он мог воплотить ее в жизнь. По крайней мере, у него был шанс, понимаете? Он был смелым, настойчивым. Своим упорством мог достичь многого, стать успешным и знаменитым. Сегодня же рынок захвачен гигантскими корпорациями, монополистами, к тому же эта долбанная глобализация усугубляет положение. Простите, — Эвин вдруг оборвал свою пламенную речь и криво заулыбался в камеру, — вы же удалите слово «долбанный»?

— Я его запикаю, — пообещал я ему.

— Зато сегодня, — подхватил Дэн оборвавшуюся речь приятеля, — сидя за монитором, жуя чипсы и попивая колу, ты можешь купить, ну или продать, акции этих самых корпораций на Уолл-стрит и за каких-то пятнадцать минут нажить себе целое состояние! Как вам такая американская мечта?!

— Ага, не производить что-либо ценное, а спекулировать, — иронично поддержал его Эвин. — Тут главное знать, что и когда продавать.

Мы еще долго говорили о разном – о насущном, о пустяках, о неприличном. Ребята оказались хорошими собеседниками – отзывчивыми и веселыми. Наш «пикник у обочины» затянулся на несколько часов. А рядом мимо нас, как сама жизнь, с шумом пролетал пелотон велогонщиков.

mnogoetazhnaya-amerika-peloton

 

Текст и фото: Tima Stalinoff